Twenty-five years of satellite data and the latest 2026 census, mapped across 20 regions and 227 districts. Scroll to see where climate, livestock, and people converge on the same land. Мы объединили спутниковые данные за четверть века и демографическую статистику 2026 года. Листайте интерактивную карту (20 регионов, 227 районов), чтобы понять, в каких точках пересекаются климатические риски, пастбищная нагрузка и рост населения.
Kazakhstan is the ninth-largest country on Earth, with 20.5 million people spread across twenty regions. The colour shows how much vegetation each region sustains during the growing season. Forest-steppe in the north is dark green; desert in the south and west is pale tan. Казахстан — девятая по площади страна мира. 20,5 миллионов жителей, двадцать регионов. Цветом на карте показано, сколько растительности удерживает каждый регион в вегетационный сезон: север — лесостепь, тёмно-зелёная; юг и запад — пустыня, бледно-песочного цвета.
Three signals drive the story that follows: rainfall, livestock pressure on vegetation, and the match between population density and local resources. Each signal lives on the same geography. Дальше — три сигнала на одной географии: осадки, нагрузка скота на растительность и соответствие плотности населения ресурсам территории.
East Kazakhstan averages 707 mm a year. Kyzylorda, at the other extreme, gets just 155 mm — less than many deserts. This north-south gradient is the single strongest explanatory variable for everything that follows. В Восточном Казахстане выпадает в среднем 707 мм в год. В Кызылорде, на другом краю, — всего 155 мм. Это меньше, чем во многих пустынях. Этот север–юг — та самая переменная, через которую можно объяснить почти всё остальное.
We take NDVI — the satellite greenness index — and remove the part that rainfall alone would explain. What's left is called the RESTREND residual. Where it declines, something beyond drought is pulling vegetation down: grazing, land-use change, soil degradation. Берём NDVI — спутниковый индекс зелени — и вычитаем из него ту часть, которую можно объяснить одними лишь осадками. Что остаётся, называется остаток RESTREND. Там, где он падает, растительность теряет больше, чем должна по засухе: это следы выпаса, распашки или деградации почв.
Two regions — West Kazakhstan and Turkistan — combine above-average livestock density with declining vegetation residuals. They are the classic hotspots. Five more — Atyrau, Aqtobe, Mangystau, Akmola, Kostanay — show declining residuals even without high livestock pressure. On that land something else is the driver. В двух регионах — Западно-Казахстанская область и Туркестанская область — высокая плотность поголовья сочетается с падающими остатками растительности. Это классические очаги давления. Ещё в пяти — Атырауская, Актюбинская, Мангистауская, Акмолинская, Костанайская — растительный покров сокращается и без большой нагрузки скота. В этих регионах скорее всего происходит деградация почв.
For each of the 227 districts we asked two questions: is its population density unusually high for a rural area? Are its local rainfall and vegetation unusually low? Districts that answer yes to both are called pressure hotspots — more people than the land would comfortably carry without irrigation or imports. По каждому из 227 районов мы задали два вопроса. Плотность населения — высокая для сельской местности? Осадки и растительность — ниже среднего? Там, где ответ «да» на оба, — очаг давления: людей больше, чем земля могла бы прокормить без ирригации и привозного продовольствия.
Red = pressure hotspot. Seventeen districts hit the threshold nationally. Eleven of them cluster inside Turkistan oblast — the Syr Darya corridor and Tien Shan foothills, where cotton, rice, and melon cultivation support Kazakhstan's densest rural populations. Красный — очаг давления. По стране таких семнадцать. Одиннадцать из них — в Туркестанской области: коридор Сырдарьи и предгорья Тянь-Шаня. Там хлопок, рис и бахчевые культуры кормят самое плотное сельское население страны.
Count how many of the three signals are active in each region: below-median rainfall, livestock outpacing recovery, rural population hotspots inside its borders. Most regions register zero or one. A handful register two. Считаем, сколько сигналов сработало в каждом регионе: осадки ниже медианы, рост скота опережает восстановление растительности, очаги сельского давления внутри границ. У большинства регионов — ноль или один. У нескольких — два.
Turkistan registers all three. It is drier than average, is itself a livestock-pressure region, and contains 11 rural pressure hotspots. The three stories meet on the ground there. У Туркестана — три из трёх. Суше среднего по стране; сам — очаг пастбищной нагрузки; внутри — 11 сельских очагов давления. На эту землю сходятся все три сюжета сразу.
Every policy, investment, and adaptation strategy begins with where. This map answers that. Любое решение — государственное, инвестиционное, адаптационное — начинается с вопроса «где?». Карта даёт ответ.