The site sits next to Ekibastuz GRES-1, Kazakhstan's largest power plant: 4,000 MW, about a fifth of all national generation in 2025. A 215 MW substation for the campus was bought in April 2026. No new plant is being built for it: the vice minister of energy said supply will come "from the power system."
Площадка примыкает к Экибастузской ГРЭС-1, крупнейшей электростанции страны: 4 000 МВт, около пятой части всей выработки в 2025 году. Подстанцию на 215 МВт для кампуса купили в апреле 2026-го. Новую станцию под проект не строят: по словам вице-министра энергетики, электроэнергия «будет обеспечиваться энергосистемой».
That system runs short. Kazakhstan has consumed more electricity than it generated every year since 2023 and buys the rest abroad, mostly from Russia. 2026 is no exception: from January to August the country consumed 83.6 billion kWh and generated 82.5 billion.
А энергосистема живет в дефиците. С 2023 года Казахстан ежегодно потребляет больше электроэнергии, чем производит, и докупает недостающее за рубежом, в основном в России. 2026 год не исключение: с января по август страна потребила 83,6 млрд кВт·ч, а выработала 82,5 млрд.
At the record winter peak, at 5:55 pm on December 18, 2025, demand reached 17,724 MW and generation 16,684 MW. "There were no reserves," KEGOC reported; the gap was covered with imports. A fully loaded 215 MW first phase would add to that peak every winter evening.
Во время рекордного зимнего пика, 18 декабря 2025 года в 17:55, потребление достигло 17 724 МВт при выработке 16 684 МВт. «Резервы отсутствовали», - сообщили в KEGOC, нехватку закрыли импортом. Полностью загруженная первая очередь на 215 МВт добавляла бы к такому пику свою нагрузку каждый зимний вечер.
The government promises the deficit ends in 2027, with a surplus of about 1.3 billion kWh, roughly 1% of consumption. The 215 MW first phase alone would use 1.88 billion kWh a year at full load, more than that entire surplus. A full gigawatt would use 8.76 billion kWh, half of the 17.6 billion surplus forecast for 2029.
Even that promise is slipping. On October 14 a Ministry of Energy director moved self-sufficiency to early 2028: "we are not keeping up with consumption." Once the required reserve is counted, the ministry's own capacity balance shows a 2.37 GW shortfall in 2027.
Правительство обещает покончить с дефицитом в 2027 году: профицит составит около 1,3 млрд кВт·ч, примерно 1% потребления. Одна только первая очередь на 215 МВт при полной загрузке потребляла бы 1,88 млрд кВт·ч в год, больше всего этого профицита. Полный гигаватт - 8,76 млрд кВт·ч, половина профицита в 17,6 млрд, ожидаемого к 2029 году.
Но и это обещание сдвигается. 14 октября директор департамента Минэнерго перенес выход на самообеспечение на начало 2028 года: «пока на сегодняшний день не успеваем за потреблением». С учетом обязательного резерва собственный баланс мощности министерства показывает на 2027 год нехватку в 2,37 ГВт.
Who loses power
Кто останется без света
The south generates only about half of the electricity it uses. The rest comes from the north, from Ekibastuz above all, through a transit corridor of about 2,300 MW that KEGOC says is practically fully loaded. On August 14, 2026, a trip at Kyrgyzstan's Toktogul plant overloaded that corridor and parts of Almaty lost power.
Electricity consumed in Ekibastuz is electricity that cannot go south in the winter hours when it is needed most. The gap would be filled with imports, or with outages. Tatiana Lanshina of the think tank Agora Energiewende makes the same warning: the south may receive less electricity if northern generation is redirected to data centers.
Юг страны сам производит лишь около половины нужной ему электроэнергии. Остальное идет с севера, прежде всего из Экибастуза, по транзиту мощностью около 2 300 МВт, который, по данным KEGOC, загружен практически полностью. 14 августа 2026 года после аварийного отключения агрегатов Токтогульской ГЭС в Кыргызстане этот транзит перегрузился, и часть Алматы осталась без света.
Электроэнергия, потребленная в Экибастузе, уже не уйдет на юг в те зимние часы, когда она там нужнее всего. Разницу пришлось бы закрывать импортом или отключениями. О том же предупреждает Татьяна Ланшина из аналитического центра Agora Energiewende: если северную генерацию перенаправят в дата-центры, юг может недополучить электроэнергию.
Everyone else pays the difference. Data centers are promised power from 2.5 US cents per kWh, barely above the price cap of GRES-1 itself, and no legal act fixes that tariff yet. Under Kazakhstan's single-buyer market, analyst Alexey Presnov argues, extra load raises the wholesale price for all consumers, and new plants built to serve it are paid for through a capacity charge on every bill.
Разницу оплатят остальные. Дата-центрам обещают электроэнергию от 2,5 цента США за кВт·ч, едва дороже предельного тарифа самой ГРЭС-1, и ни один нормативный акт этот тариф пока не закрепил. При модели единого закупщика, считает аналитик Алексей Преснов, дополнительная нагрузка поднимает оптовую цену для всех потребителей, а новые станции под нее оплачиваются через тариф на мощность, который входит в каждый счет.
The data centers are not alone in the queue. In the same Pavlodar region, ERG plans to add up to 400,000 tonnes a year of aluminum smelting by 2029, one of the most power-hungry processes in industry. A 240,000-tonne ferrosilicon plant opened in Ekibastuz in November 2025. Qarmet in Temirtau targets 5 million tonnes of steel by 2028, and KAZ Minerals is building a 300,000-tonne copper smelter in the Abay region for the end of 2028. Licensed crypto miners alone used 3.5 billion kWh in 2025.
None of these projects has published its power demand, and no official document says who gets priority when there is not enough to go around.
Дата-центры в этой очереди не одни. В той же Павлодарской области ERG к 2029 году собирается нарастить выплавку алюминия на 400 тысяч тонн в год, а это одно из самых энергоемких производств в промышленности. В ноябре 2025 года в Экибастузе открылся завод ферросилиция на 240 тысяч тонн. Qarmet в Темиртау рассчитывает к 2028 году выйти на 5 млн тонн стали, а KAZ Minerals к концу 2028-го строит в Абайской области медеплавильный завод на 300 тысяч тонн. Одни только легальные майнеры криптовалют потребили в 2025 году 3,5 млрд кВт·ч.
Ни один из этих проектов не раскрыл, сколько электроэнергии ему понадобится, и ни один официальный документ не определяет, кому достанется приоритет, если ее не хватит на всех.
The permits have not even started. As of October 2, 2026, no water-use limit had been set, the water ministry had received no application, and no environmental impact assessment had been filed. The cooling design is described differently by Kazakhtelecom and by the ministries.
Разрешения даже не начинали оформлять. На 2 октября 2026 года лимит водопользования не установлен, в Министерство водных ресурсов не поступало ни одной заявки, а материалы оценки воздействия на окружающую среду не подавались. Систему охлаждения «Казахтелеком» и министерства описывают по-разному.
